Вместо книг, снятых с продажи из-за цензуры, на полках книжных магазинов появляется всё больше z-литературы. Это может быть военная проза, поэзия или z-фантастика. В последней российские пропагандисты и Кремль видят удобный инструмент для навязывания собственного «образа светлого будущего». Об этом прямо говорит, например, представитель управления президента Алексей Семенов.
«Бумага» рассказывает, что собой представляет этот образ будущего, кто оплачивает госзаказ на идеологизированную фантастику и почему она не пользуется спросом.
Какие книги пишут российские пропагандисты
В 2023 году гендиректор российской IT-компании, специализирующейся на ИИ, Cognitive technologies Ольга Ускова выпускает свой первый роман. Он называется «Этюды Черни» и написан в соавторстве с разработанной компанией нейросетью «Ипполит».
По сюжету в результате теракта погибают лидеры стран большой семерки. Их временно заменяют дублеры. Владимир Путин восстанавливает здоровье после пережитого покушения. Россия создает искусственного президента Ипполита и шантажом заставляет другие страны заменить своих лидеров этой нейросетью. Тем временем мировое закулисье — старые зороастрийцы — насаждают ЛГБТ-повестку, анальный секс и войну между христианскими народами, чтобы приблизить конец света.
Ускова пишет, что за четыре месяца с момента публикации книги ей удалось продать 50 тысяч экземпляров романа: «И уже самого Виктора Олеговича Пелевина нагоняем, а может и обгоняем», — так она прокомментировала успех и через год выпустила еще один фантастический роман с патриотическим сюжетом «Раша». Одновременно с выходом новой книги Ускова добилась запрета романа «Наследие» Владимира Сорокина, назвав его «жесткой порнографией».
В качестве писателя-фантаста в 2025 году попробовала себя и пропагандистка Маргарита Симоньян. Действие ее романа «В начале было Слово – в конце будет Цифра» разворачивается в 2084 году на Земле, пережившей ядерную войну. В книге сюжет пророчеств Иоанна Богослова переплетается с сай-фаем об искусственном интеллекте. В апреле роман задним числом добавили в лонг-лист премии «Большая книга» — одной из главных литературных премий России. Фантастические книги пишет и еще один пропагандист — Иван Охлобыстин.
Почему публичные персоны в России выбирают фантастику, легко объяснимо. Этот жанр позволяет описать образ будущего в нужном ключе, сделать акцент на тех проблемах, которые отвечают идеологическим запросам государства. А еще фантастика хорошо продается. По данным ВЦИОМ, почти треть читающих россиян выбирают научную фантастику. А четверть — фэнтези (тоже поджанр фантастики).
В строгом смысле z-фантастики, то есть такой, где описывались бы военные события, в России выходит не много. Издание «Верстка», проанализировав новинки российских издательств по ключевым словам «СВО», «Донбасс», «Новороссия», «военкор», «доброволец» и другим, нашла 259 наименований книг, вышедших с февраля 2022 года. Лишь несколько из них можно отнести к жанру фантастики.
Идеологически-окрашенной фантастики, которая прямо не описывает военные или политические события, но отсылает к ним — гораздо больше. Такие книги сложно посчитать по ключевым словам, но, например, в серии «Военная фантастика» издательства «АСТ», в которой традиционно печатаются провоенные фантасты, в 2026 году вышло шесть новых книг, а в 2025-м — 18 книг.
Почему российские авторы выбирают истории о попаданцах и фэнтези
Переводчик и писатель Николай Караев выделяет три самых популярных направления жанра фантастики в России. Это фэнтези о магических академиях, его еще называют «женским фэнтези», книги о выживании в мире после ядерной катастрофы и самый популярный — истории про попаданцев — это книги, где главный герой переносится в прошлое, будущее или другой мир.
Караев говорит, что популярность книг про попаданцев в России — симптом ресентимента, то есть обиды или зависти по отношению к тем, кого человек считает виновником своих неудач. Например, к политическим деятелям прошлого.
Этим объясняется, например, популярность книг фантаста Андрея Белянина, который специализируется на юмористических историях о попаданцах. Весной 2023 года тиражом 8 тысяч экземпляров вышла его книга «ЧВК Херсонес». В ней археолог и бывший морпех устраивается на работу в частный выставочный комплекс в Крыму, где узнает, что мир населяют античные боги. Вместе с ними он отправляется в Нидерланды, чтобы украсть и вернуть в музей скифское золото. А по пути сражается с зомби-нацистами, маньяками и древними монстрами. Настоящий музей «Херсонес Таврический» отказался проводить у себя презентацию романа. В музее заявили, что Белянин привлекает внимание при помощи «сниженной» линии — обнаженных музейных сотрудниц и фонтанов вина — и инфернального сюжета — зомби и сатаны на развалинах православного храма.
Российская фантастика всегда тяготела к конспирологии, к образу «прекрасной России будущего» и к отказу от разделения добра и зла, считает Караев. Иллюстрируя последнее, он приводит в пример роман Натальи Васильевой и Наталии Некрасовой «Черная книга Арды» и роман Кирилла Иськова «Последний кольценосец». Это книги, написанные в 1990-е, где вселенная Толкина переосмысляется с точки зрения темных сил. Получается, фантасты раньше всех приходят к выводу, что «не всё так однозначно», заключает Караев.
Другое объяснение приводит филолог Андрей Войтовский. Он считает, что российские фантасты проявляют свои склонности и взгляды уже на этапе выбора жанра. Фэнтези — поджанр фантастики, где есть магия и миф. К нему относится, например «Гарри Поттер», «Властелин колец», «Хроники Нарнии». По мнению Войтовского, в отличие от научной фантастики, фэнтези чаще выбирают консервативные и ультраправые писатели, которые предпочитают физике этику. Они склонны делить людей по кастам и сословиям и вечно воевать.
Какую роль отводит фантастике администрация президента
Выбор писателей и аудитории отличается от того, как представляет себе фантастику государство и какую отводит ей роль. В администрации президента прямо говорят о том, что от фантастов ожидают «светлый образ будущего». Так замначальника управления президента по социальным процессам Алексей Семенов в своей статье в журнале «Государство» сокрушается, что современные фильмы и книги сосредоточены на «мраке» и «постапокалипсисе» и призывает использовать советский опыт. Тогда, по его словам, для писателей-фантастов «существовал системный госзаказ на демонстрацию преимуществ грядущего строя — общества всеобщего равенства, братства и отсутствия классового расслоения».
Оплачивать образ будущего готовы компании-спонсоры. Например компания «Заслон» — она производит авиационное и военное оборудование. С 2022 года совместно с «Литресом» компания проводит конкурс фантастики с совокупным призовым фондом в 2,5 миллиона рублей. Участникам рекомендуется упомянуть в тексте «Заслон». В результате на свет появляются тексты с названиями «Двойной заслон» или «АО “ЗАСЛОН”: Тишина после протокола».
Другой конкурс научно-фантастических рассказов с говорящим названием «История будущего» спонсирует «РосАтом». Автору лучшего рассказа компания, производящая ядерное оружие, обещает выплатить миллион рублей.
Организаторы конкурса «Россия 2050» просят описать Россию через 20-25 лет. Его проводит правительственное Агентство Стратегических инициатив. Участники должны опираться на доклад агентства, в котором говорится о долгосрочных задачах России по разным направлениям. Например «остановить падение рождаемости и значительно увеличить население» или очистить русский язык и защитить его от внешней экспансии.
Вот как Россию будущего описывает в своем рассказе «Церковь, которую расписывал Врубель» один из победителей прошлого года Тимур Суворкин — писатель из Калуги. После победы России в войне с Украиной, по сюжету его рассказа, создается Союз Братских Народов по аналогии с Советским союзом. На аэродроме Гостомеля проходят общесоюзные соревнования по гражданской беспилотной авиации, а в центре Киева стоит памятник в честь «братства единых народов». В украинских магазинах продают Ладу-Ладогу, Нейрогоршок выступает с концертом «Мертвый анархист», а украинский спецназ «Гетман Хмельницкий» воюет в Корее. В какой именно не уточняется. За такой образ будущего Суворкин получил 300 тысяч рублей.
Есть запрос и на фантастов, популяризирующих «русский мир» и оправдывающих войну. Для них с 2019 года на оккупированных территориях Донецкой области проводится фестиваль «Звезды над Донбассом». Его поддерживает президентский фонд культурных инициатив и посещают такие знаменитые фантасты как автор «Ночного дозора» Сергей Лукьяненко или автор «Выбраковки» Олег Дивов. В 2022 году они оба выступили за вторжение в Украину. По итогам фестиваля участники выпускают сборники рассказов — про «русских героев», про «детей Донбасса» и «русский мир».
Почему z-фантастика не популярна
Спрос на научную фантастику и фэнтези в последние годы остается неизменно высоким. Фэнтези лидирует по популярности среди жанров. Увеличивается и объем фантастических книг, выпускаемых издательствами. При помощи портала «Лаборатория фантастики», который агрегирует информацию обо всех новых изданиях, «Бумага» подсчитала, что за прошлый год российские авторы-фантасты написали и выпустили более трех тысяч наименований книг. Это примерно на 200 книг больше, чем в годом ранее.
При этом лидируют на этом рынке далеко не сюжеты о «светлом будущем», а то самое фентези. А фантастические книги читатели используют как инструмент для рефлексии и исследования настоящего. Именно так ответили 44 % опрошенных сервисом «КИОН Строки» читателей. 36 % респондентов сказали, что книги в жанре фантастики заставляют мозг работать, еще столько же — что фантастика позволяет им отвлечься.
Участники книжного рынка, опрошенные «Версткой», уверены, z-литература непопулярна и рассчитана на узкий круг читателей — политически заряженных фанатов жанра. Они объясняют это низким качеством таких книг и отсутствием запроса на истории о войне.
Что еще почитать:
- Отношение к книгам изменилось. Что читатели находят в них во время войны, как обходят цензуру и зачем создают книжные клубы
Петербургские издательства теряют доходы из-за проблем с платежами от онлайн-магазина «Лабиринт». Как это отразится на книгах.
